Азербайджан, десятилетиями позиционировавший себя как «брат» Турции под лозунгом «один народ два государства» (провозглашенный Гейдаром Алиевым), сегодня открыто демонстрирует, что эта формула — удобный риторический инструмент, а не обязывающая реальность.

Кризис вокруг запрета хиджаба в школах, разразившийся в октябре 2026 года, лишь обнажил более глубокий разлом: Баку последовательно выбирает «Израиль» и стоящие за ним американские интересы, а не турецко-исламскую солидарность.

То, что представитель Азербайджана не покинул зал ООН во время выступления Биньямина Нетаньяху, тогда как турецкая делегация вышла в знак протеста, было не дипломатической случайностью, а ясным сигналом режима Алиева – наш выбор «Израиль» и США, а не Турция.

Кавказ-Центр предлагает разбор сложившейся ситуации.

Секуляристский фасад и советское наследие

Правительство Ильхама Алиева утвердило 21 сентября 2026 года постановление Кабинета министров № 309, формально не запрещающее хиджаб, но запрещающее «одежду, противоречащую светскому характеру государственного образования».  

С 6 октября правила распространились и на учителей. Результат предсказуем: школьниц и преподавательниц в платках не пускают в классы, вспыхивают протесты, задерживают десятки людей (официально — 37, по независимым оценкам — значительно больше), отмечена серия локальных стычек.

Аллахшюкюр Пашазаде, глава Управления мусульман Азербайджана (а также формально и Кавказа) и давний союзник семьи Алиевых, поспешил выступить в роли «духовного» прикрытия исламофобского решения властей.

По его словам, «хиджаб в Азербайджане не запрещён», просто в государственных школах введён «единый стиль одежды», т.к. в Азербайджана «религия отделена от государства». Медресе и частные религиозные учреждения, мол, остаются свободными.

Эта формулировка — классический приём постсоветского секуляризма: религия допускается лишь в строго контролируемых рамках, где она не угрожает монополии власти на общественное пространство.

Для тюркских народов, у которых ислам исторически был не только верой, но и элементом национальной идентичности, особенно после десятилетий советского атеизма, такое разделение выглядит искусственным и унизительным.

И еще занимательный факт – в течение 23 лет правления Ильхама Алиева хиджаб девочек никак не мешал образованию. Но в 2026 году вдруг резко стал «национальной проблемой». Почему?

Официальный Баку переходит в наступление

Партия «Ени Азербайджан» (ЯП), фактически рупор Ильхама Алиева, 13 октября опубликовала беспрецедентно жёсткое заявление. В нём турецкую правящую партию АКП и советника президента Реджепа Тайипа Эрдогана Октая Сарала обвинили в «популизме», «безответственности» и попытках диктовать свою волю другим мусульманским народам.

Особо подчёркивалось: «Ни одно государство исламского мира не имеет права навязывать свою волю другим мусульманским народам, вмешиваться в их внутренние дела или считать себя выше других».

Формула «одна нация — два государства» была переосмыслена: теперь она якобы не даёт права одной стороне вмешиваться в дела другой.

Примечательно, что в заявлении ЯП вопрос «Израиля» стоит на первом месте, а хиджаб — лишь на втором. Баку отвергает «искажение» своих отношений с Тель-Авивом, напоминает о финансировании палестинского посольства и обвиняет турецкую сторону в том, что критика хиджаба используется как предлог для атаки на стратегическое партнёрство с «Израилем».

Это прямое признание: для режима Алиева «израильский» вектор важнее (стратегический), в то время как Турции в политике Баку, занимает менее значимое место.

Геополитический выбор, который нельзя скрыть

Эпизод в ООН в сентябре 2026 года стал моментом истины. Когда Нетаньяху поднялся на трибуну, десятки делегаций, включая турецкую, покинули зал. Представитель Азербайджана остался.

Это не было случайностью. Азербайджан — один из ключевых партнёров «Израиля» в сфере обороны, разведки, энергетики и технологий. После победы в Карабахе в Баку решили, что турецкая военная поддержка больше не столь актуальна, как раньше а связи с «Израилем» и США наоборот – приобретают более важное значение.

Балансирование между Турцией, Россией и Ираном, которое Алиев успешно практиковал годами, уступило место более жёсткому выбору стороны.

В турецких консервативных кругах это воспринимается как предательство. Социальные сети заполнены видео плачущих школьниц, которым не дают войти в класс, и заявлениями азербайджанских депутатов вроде Адиля Алиева, сравнивающего хиджаб с кимоно в бассейне.

Депутат азербайджанского парламента Адил Алиеве заявил буквально следующее, цитата – «Как дзюдоист не может плавать в бассейне в кимоно, так и с хиджабом образование невозможно». Т.е. платок на голове мешает образованию, утверждает депутат.

Мягко говоря, странное заявление, а если говорить прямо - абсолютно глупое, которое демонстрирует пещерную инсламофобию и полное невежество представителя правящей политической элиты Азербайджана.

Что касается Турции, которая пережила период давления и террора на турецких женщин и девочек из-за хиджаба, и где хиджаб стал символом победы над секуляристским давлением, такие сравнения звучат как издевательство.

Глубже, чем хиджаб

Кризис вокруг платка — лишь видимая часть айсберга. Режим Алиева продолжает советскую традицию жёсткого государственного контроля над исламом, при этом евреев и иудаизм в Азербайджане это никак не касается.  

Ислам допускается как элемент культурного фольклора и инструмент внешней политики (особенно в отношениях с Турцией и исламским миром), но не как самостоятельная общественная сила, способная отстаивать интересы мусульманской общины.

Для тюркских народов это создаёт опасный прецедент. Если «братский» Азербайджан может так легко отбросить исламский фактор и поднять флаг исламофобии ради стратегического партнёрства с «Израилем» и США, то что остаётся от идеи тюркской солидарности, которую Анкара продвигает через Организацию тюркских государств?

Турецкая сторона, особенно электорат партии Эрдогана АКП, ощущает давление: молчание Анкары воспринимается как пособничество режиму Алиева и слабость, а резкая реакция — как риск разрушить важнейший региональный союз.

Выводы

Алиевский режим использует язык секуляризма и «внутренних дел», чтобы легитимировать открытый антиисламский акт. Хиджаб стал удобным предлогом, чтобы обозначить границы: Баку готов принимать турецкое оружие, инвестиции и политическую поддержку, но не готов мириться с турецким влиянием на свою идеологическую модель.

При этом для влияния сионистов двери открыты и никаких переживаний за «национальную идентичность» в Баку не испытвают.

Ставка на «Израиль» и США означает, что Турция постепенно отодвигается на второй план.

«Одна нация — два государства» работает только до тех пор, пока это было выгодно режиму Алиева. Сегодня более сильной стороной в глазах Баку выглядит не Анкара, а Тель-Авив и Вашингтон.

Кризис вокруг школьного хиджаба лишь сделал этот выбор публичным и болезненным.

Для турецкой политики это серьёзный вызов: либо продолжать делать вид, что ничего не происходит, либо наконец признать, что партнёрство с Азербайджаном имеет свою цену — и эта цена измеряется не только нефтью и газом, но и принципами.

Напомним, что Кавказ-Центр изначально указывал, что Азербайджан при существующем режиме может быть только ситуативным партнером Турции и не более.

Рано или поздно Баку должен был сделать выбор, т.к. бесконечно «дружить» с Турцией и «Израилем» одновременно по определению было противоестественно. Режим Алиева свой выбор сделал и публично его обозначил.

Даже если в дальнейшем напряжение между Анкарой и Баку спадет и вернется в спокойное русло, очевидно, что тезис Гейдара Алиева «Один народ - два государства» мёртв и пока у власти будет находиться клан Алиева он вряд ли будет реанимирован.

Позиция США и «Израиля»: красноречивое молчание

В то время как турецкие консерваторы активно критикуют Баку, а партия «Ени Азербайджан» отвечает резкими обвинениями в адрес эрдогановской АКП, официальные Вашингтон и Тель-Авив хранят молчание по поводу школьного «дресс-кода». Это молчание само по себе является позицией — и весьма показательной.

«Израиль» продолжает наращивать влияние на Баку именно в период эскалации кризиса вокруг хиджаба. В Азербайджан приезжает один из главарей сионистской банды детоубийц «Израиль» т.н. «президент» Герцог, который на протяжении резни в Газе активно призывал к массовым убийствам палестинских детей.

Баку остаётся одним из ключевых поставщиков нефти для «Израиля», важным рынком для «израильских» оборонных технологий и площадкой для сотрудничества в сфере искусственного интеллекта, кибербезопасности и высоких технологий.

В начале 2026 года стороны подписали меморандум о сотрудничестве в области ИИ, а «израильские» официальные лица публично похвалили «надёжность» Азербайджана как «светского мусульманского государства, противостоящего иранскому влиянию».

Для Тель-Авива секуляристская политика Алиева — не проблема, а преимущество, которое делает Баку, по мнению сионистов, более предсказуемым союзником.

«Израильские» источники подчеркивают «религиозную толерантность» Азербайджана — но исключительно в контексте свободы для еврейской общины и «израильских» туристов, а не в контексте прав мусульманок.

Соединённые Штаты также предпочитают геополитику правам человека в данном случае. Азербайджан остаётся важным элементом американской стратегии на Кавказе: энергетический коридор, альтернатива российскому влиянию, потенциальный противовес Ирану и площадка для транзитных проектов.

Вашингтон традиционно высоко оценивает «светский характер» азербайджанского режима и его «межконфессиональную толерантность». Официальных заявлений Государственного департамента или Белого дома с осуждением школьных ограничений на религиозную одежду по состоянию на середину октября 2026 года не было.

Никто на Западе не обвиняет Баку в лишении права девочек на образование, тогда как в адрес Афганистана практически ежедневно шлются гневные послания из-за того, что власти ИЭА временно ограничили деятельность некоторых ВУЗов из-за смешения полов и необходимости создания условий по раздельному обучению, как того требует Шариат.

При этом образование для девочек в Афганистана свободно и доступно в школах, где они учатся отдельно от мальчиков, но этого западная пропаганда предпочитает не замечать.

Позиция США по отношению к лишению азербайджанских девочек права на образование из-за платков резко контрастирует с американской риторикой в отношении других стран, где ограничения на хиджаб или, наоборот, принуждение к нему становятся поводом для критики и нападок. В случае Азербайджана подобной критики нет.

Такое поведение Вашингтона и Тель-Авива полностью укладывается в логику режима Алиева. Баку ясно видит: критика со стороны турецких консерваторов может быть болезненной для внутренней аудитории, но, по мнению правящего режима, не несёт реальных геополитических издержек.

Зато поддержка «Израиля» и США обеспечивает, как убеждены в Баку, доступ к технологиям, рынкам, разведывательным возможностям и дипломатическому прикрытию. Именно поэтому в заявлении алиевской партии ЯП вопрос отношений с «Израилем» поставлен выше темы хиджаба: режим открыто защищает этот вектор как «основанный на международном праве и взаимных интересах».

Для турецкой стороны это создаёт неприятную реальность. «Братский» Азербайджан, получая турецкую военную и политическую поддержку, одновременно укрепляет связи с главным региональным врагом Анкары — «Израилем» — и пользуется молчаливым одобрением Вашингтона.

Секуляристская политика в школах становится не только инструментом внутреннего контроля, но и маркером лояльности западному и «израильскому» лагерю. В глазах Баку именно этот лагерь сегодня выглядит более надёжным и выгодным стратегическим партнёром, чем Турция.

Таким образом, кризис вокруг хиджаба — это не просто спор о школьной форме. Это публичная демонстрация того, куда смещается центр тяжести азербайджанской внешней и внутренней политики.

И пока Вашингтон и Тель-Авив поощряют Баку, Алиев может позволить себе жёстко отвечать Анкаре, дезавуируя саму суть формулы своего отца «одна нация - два государства».

Кавказ-Центр