Несмотря на то, что с момента колонизации Кавказа российская империя всячески старалась уничтожить Шариат, ей это сделать так и не удалось. Более того, временами Москва была вынуждена признавать Шариат и соглашаться на его действие среди мусульман, что бы затем вновь (укрепившись и усилившись) попытаться уничтожить его.

Исторические факты говорят о том, что восстановление Шариата на Северном Кавказе было одним из важнейших требований мусульман, которые, поддавшись на пропаганду большевиков, поддержали большевистский переворот в обмен на восстановление Шариата.

Так на проходившем в мае 1917 года во Владикавказе Первом съезде горских народов Кавказа было решено «ввести во всех судах по всем делам мусульман правила Корана и Шариата». Это постановление было подтверждено Первым съездом народов Терека, состоявшимся в январе 1918 года в Моздоке. (Историк Владимир Бобровников, «Шариатские суды на Северном Кавказе»).

В 1918 году городские Шариатские суды открылись во всех крупных северокавказских городах с мусульманским населением — Владикавказе, Грозном, Нальчике, Темир-Хан-Шуре. В селениях на равнине, в горах и в предгорьях также начали действовать сельские шариатские суды. Они заменили дореволюционные словесные (сельские, с упрощенным делопроизводством) и горские суды Дагестанской и Терской областей, разбиравшие уголовные и поземельные споры между мусульманами согласно местному обычному праву (адат), а гражданско-семейные и наследственные споры — по Шариату.

После установления советской власти на Северном Кавказе Шариатские суды были узаконены повсюду, где они существовали, — в Дагестане, Чечне, Ингушетии, Северной Осетии, Кабарде, Карачае.

Мало кому известный сегодня факт: Иосиф Сталин, занимавший тогда пост наркома по делам национальностей, выступая 13 ноября 1920 года на Чрезвычайном съезде народов Дагестана от имени правительства РСФСР, заявил:

«До нашего сведения также дошло, что враги Советской власти распространяют слухи, что Советская власть запрещает Шариат. Я здесь от имени правительства Российской Советской Федеративной Социалистической Республики уполномочен заявить, что эти слухи неверны. Правительство России предоставляет каждому народу полное право управляться на основании своих законов и обычаев».

Ему вторил С. М. Киров. Зимой 1921 года на Учредительном съезде Горской ССР он обещал горским депутатам:

«Если вы желаете судиться по шариату — судитесь по Шариату, это дело ваше в том смысле, что очевидно, только такая форма суда в данном случае понятна народу».

Мусульмане поверили, хотя Шариат в колониальных условиях был, по меньшей мере, временным «недоразумением». А наличие среди мусульман кроме Шариатского суда еще и так называемого «советского народного» был прямым абсурдом.

Наступление окрепшей советской власти на Шариатские суды началось накануне осуществления на Кавказе коллективизации. Задумав насильственно изменить структуру местного общества, советские руководители в первую очередь решили обезглавить его, поставив вне закона мусульманских лидеров.

Уже в первой половине 20-х годов Шариатские суды были сняты с государственного обеспечения и переведены на содержание мусульманских общин, желавших судиться по Шариату (как тут не вспомнить недавнее заявление чеченского мунафика Кадырова о том, что все имамы мечетей в Чечне теперь будут получать зарплату у государства).

Тяжкие уголовные правонарушения, поземельные тяжбы, дела по опеке над вдовами и сиротами, а также иски, в которых одна из сторон отказывалась обращаться в Шариатский суд, были изъяты из ведения Шариатских судов и переданы в советские народные суды. Наиболее активные противники советской власти лишались избирательных прав и исключались из состава Шариатских судов.

В Северной Осетии, Адыгее и Кабарде большинство знатоков Шариата было отстранено от судебной практики. Должность председателей этих судов передавалась лояльным к власти выходцам из беднейших слоев, абсолютно невежественные в вопросах права. Таким образом, Шариатские суды, которые постепенно переходили под контроль невежественных агентов советской власти, стали дискредитировать саму суть Шариата.

Первые попытки отменить действие Шариатского правосудия на Северном Кавказе относятся к 1922 году. На территории Горской АССР Шариатские суды несколько раз то закрывали, то в ответ на жалобы и волнения мусульман вновь восстанавливали.

Окончательно их запретили сначала в Северной Осетии, где мусульмане составляли меньшинство населения, в 1924 году — в Горской республике, в январе 1925 года — в Адыгее и Кабардино-Балкарии, в январе 1926 года — в Ингушетии и Чечне, а в апреле — октябре 1927 года — в Дагестане.

В 1928 году в Уголовный Кодекс РСФСР была введена Х глава «О преступлениях, составляющих пережитки родового быта». Ее действие ограничивалось в основном районами Северного Кавказа, где до этого существовали Шариатские суды. Статьи 203–204 главы Х приравнивали отправление Шариатского правосудия к тяжелым уголовным правонарушениям, за которые полагалось заключение в лагере сроком на один год. Подобные наказания были сохранены в российском Уголовном кодексе, принятом в 1961 году.

Преследования бывших членов Шариатских судов и их близких продолжались в 1930-е и 1940-е годы. Так, ученики и родные Али-Хаджи Акушинского, умершего в 1930 году, были сосланы в Казахстан. Абу-Суфьян Акаев был осужден в 1929 году на 10 лет лагерей и умер в 1931 году под Котласом. Али Каяева дважды — в 1930 и 1938 годах — высылали из Дагестана. Он скончался зимой 1943 годы в ссылке в г. Георгиевка Семипалатинской области.

Большинство кабардинских «шариатистов» было расстреляно. Гонения на членов Шариатских судов и насильственное объединение мусульман в колхозы вызвали на Кавказе волну долго не прекращавшихся вооруженных выступлений, которые многие годы замалчивались.

Только совсем недавно благодаря рассекречиванию архивов КГБ и КПСС ученые смогли познакомиться с подробностями некоторых из этих выступлений, возглавлявшихся прежними членами Шариатских судов.

Это Баксанское и Верхнекурповское «дела» 1928–1929 годов в Кабарде, восстания 1930 года в Большом Карачае, Дидойский и Хновский мятежи, случившиеся тогда же в Дагестане и Северном Азербайджане, «дело» шейха Штульского, вооруженные выступления мусульман Чечено-Ингушетии и северного Дагестана в 1934–1936 и 1940–1942 годах.

Главным требованием восставших мусульман было восстановление Шариатских судов.

Восстания были жестоко подавлены большевистской армией при поддержке отрядов НКВД. Их руководители были расстреляны, большинство участников осуждены на разные сроки.

В 1944 году целые мусульманские народы — чеченцы, ингуши, карачаевцы и балкарцы — были насильно депортированы в Казахстан и Среднюю Азию.

Это лишь малая часть тех исторических фактов, которые должны стать предупреждением для мусульман.

Али Кабардинский

Отдел писем