Аналитический отчет Кавказ-Центра
11 сентября 2026 года йеменские хуситы завершили стремительное наступление, которое радикально меняет баланс сил в Красном море.
За несколько дней они захватили порт Моха, прибрежный город Дхубаб, стратегический остров Перим (Майюн) в самом сердце Баб-эль-Мандебского пролива и ряд других островов.
Силы международно признанного правительства Йемена, поддерживаемые Саудовской Аравией, отступили. Параллельно саудовский магистральный нефтепровод East-West, идущий к порту Янбу, подвергся атакам: на спутниковых снимках видны пожары, а Эр-Рияд объявил о его временном закрытии «в качестве меры предосторожности».
Это не локальная история. На фоне уже идущей войны США и «Израиля» против Ирана, где Ормузский пролив фактически блокирован, хуситы — при прямой поддержке Тегерана — получили контроль над вторым критическим «бутылочным горлышком» мировой торговли.
Баб-эль-Мандеб связывает Красное море с Аденским заливом и далее с Суэцким каналом. Через него проходит около 10–12 процентов мирового торгового оборота. Теперь Иран через прокси влияет на оба ключевых маршрута одновременно.
Энергетическая ловушка Саудовской Аравии
Для Эр-Рияда последствия особенно болезненны. После ограничений в Ормузе королевство перенаправило основной поток нефти через East-West pipeline к Янбу.
Этот коридор стал фактически единственным крупным экспортным путём, позволяющим обходить Персидский залив. Атаки на трубопровод и угроза проливу бьют прямо по нему.
Саудовская добыча и экспорт уже снижались; теперь риски ещё выше. Хуситы давно объявляли блокаду саудовских судов. Теперь у них есть географические позиции, чтобы делать угрозы куда более убедительными.
Экономический удар дополняется военным. Быстрый развал позиций просаудовских сил на побережье показывает, что многолетняя стратегия сдерживания хуситов дала сбой.
Эр-Рияд снова втянут в активную войну на южном фронте в момент, когда ресурсы нужны для внутренней трансформации и защиты от более широкой региональной эскалации.
Мекканский пакт: тест на прочность
В августе 2026 года Саудовская Аравия, Турция и Пакистан подписали Мекканское оборонительное соглашение — пакт коллективной обороны, в котором нападение на одного рассматривается как нападение на всех. Он возник именно в условиях войны с Ираном и возобновления конфликта с хуситами.
Публичной жёсткой реакции пока нет — события слишком свежие. Однако пакт создаёт рамку для координации. Саудовская Аравия, скорее всего, будет добиваться разведки, поставок оружия и, возможно, ограниченного военного присутствия.
Турция может предложить беспилотные системы и политический вес. Пакистан — опыт и потенциал по линии сухопутных сил. Это не НАТО, и автоматического ввода войск ждать не стоит. Но сам факт существования пакта меняет расчёт Тегерана: давление на Эр-Рияд теперь автоматически затрагивает и Анкару с Исламабадом.
Почему Вашингтон сказал «нет»
Наследный принц Мухаммад бен Салман дважды звонил Трампу 10 сентября с просьбой о прямых американских ударах по хуситам. Ответ был отрицательным.
США предложили разведданные, целеуказание и оставили на месте около двухсот военнослужащих в консультативной роли. Командующий CENTCOM вылетел в Саудовскую Аравию для координации.
Логика Вашингтона прагматична. Главный театр — Иран и Ормуз. Открытие полноценного второго фронта в Йемене распыляет силы и повышает риск прямой эскалации с Тегераном через прокси.
Администрация предпочитает модель, при которой региональные партнёры несут основную нагрузку, а США обеспечивают разведку и технологии. Саудовская Аравия ранее заявляла, что справится самостоятельно. Теперь реальность оказалась сложнее, но приоритеты Вашингтона пока не изменились.
«Израильский» угол
Для «Израиля» ситуация неоднозначна. Хуситы уже имеют опыт атак на «израильские» и связанные с «Израилем» суда. Укрепление их позиций в Красном море повышает долгосрочные риски. Однако главный фронт Тель-Авива остаётся иранским.
Ослабление саудовских позиций и рост цен на нефть создают дополнительное экономическое давление на весь регион, но прямой крупной операции «Израиля» против хуситов ожидать не приходится. Скорее, будет продолжаться координация с США и точечная разведывательная поддержка.
Что дальше
В ближайшие недели вероятны новые атаки хуситов на саудовские суда и инфраструктуру, попытки просаудовских сил отбить хотя бы часть потерянных позиций и дальнейший рост страховых премий. Суда будут всё чаще идти вокруг Африки. Нефтяные цены останутся высокими.
Среднесрочно возможны два сценария. Первый — дипломатический: посредничество Омана или других игроков с целью зафиксировать новое статус-кво.
Второй — эскалационный: расширение саудовских ударов, активизация Мекканского пакта и попытки США ограничить ущерб без прямого втягивания.
Полностью «закрыть» Баб-эль-Мандеб хуситам технически сложно — западный берег принадлежит другим государствам. Но они вполне способны избирательно парализовать движение и держать рынок в постоянном напряжении.
Стратегический итог уже виден. Иран через хуситов получил второй рычаг давления на глобальную энергетику. Саудовская Аравия оказалась в наиболее уязвимом положении среди крупных игроков региона.
Мекканский пакт проходит первое серьёзное испытание. А Соединённые Штаты демонстрируют, что даже в условиях большой войны с Тегераном не готовы автоматически брать на себя каждый региональный фронт.
Красное море перестало быть относительно спокойным обходным маршрутом. Теперь это новая линия фронта, где переплетаются нефть, судоходство, прокси-войны и большие геополитические расчёты.
То, как стороны отреагируют в ближайшие недели, определит, останется ли этот кризис управляемым или превратится в ещё один долгоиграющий очаг нестабильности на Ближнем Востоке.
Кавказ-Центр
