Чет., 16.06.1435 Hjr / 17.04.2014, 15:32 по Имарату РусскийEnglishtürkçeعربي

главное

зеркала

версии
Google
Kavkaz-Center
WWW
Наша кнопка

Экспорт новостей
 
КавказИнтервью Также в этом разделе

Мовлади Удугов: «Война идёт за образ жизни…»

Время публикации: 28 ноября 2007 г., 22:56

Краткая справка: Мовлади Удугов (9.02.1962), уроженец села Герменчук. Из тейпа Ширди. Политической деятельностью занимается с 1986 года. Активный участник и организатор первых чеченских национальных политических групп и организаций (1987–90 г.г). Член оргкомитета и глава секретариата по организации Общенационального съезда чеченского народа (1990 г.).  Глава секретариата всех сессий Общенационального Конгресса Чеченского Народа (ОКЧН). Глава Информационного Комитета ОКЧН. Доверенное лицо и соратник председателя ОКНЧ, а затем и президента ЧРИ Джохара Дудаева. Вместе с Д.Дудаевым, З. Яндарбиевым, С-Х Абумуслимовым один из основателей и идеологов Чеченского Государства - ЧРИ. 

 

Министр информации и печати в правительстве Д.Дудаева. Приказом Джохара Дудаева (февраль 1994 г.) присвоено звание бригадный генерал (по должности). Первый вице-премьер по вопросам государственной политики в правительстве Зелимхана Яндарбиева и Аслана Масхадова. Министр МИД ЧРИ в правительстве А.Масхадова. Один из организаторов Конгресса народов Ичкерии и Дагестана (реорганизован в Маджлис мусульман Ичкерии и Дагестана 1998–99 г. г.). Глава государственной комиссии ЧРИ по переговорам с РФ. Под руководством М. Удугова был подготовлен «Договор о мире…» подписанный президентом ЧРИ Асланом Масхадовым и Борисом Ельциным в Москве в 1998 году. Глава внешнего подкомитета ИК ГКО-Маджлисуль Шура ЧРИ (2002–2005 г), министр информации и печати ЧРИ (2005–2006 г), директор Национальной Службы Информации ЧРИ (2006–2007 г.г.) 

 

****

 

Мовлади Удугов: «Война идёт за образ жизни…»

 

В связи провозглашением Амиром Доккой Умаровым Кавказского Эмирата, редакция КЦ задала несколько вопросов директору НСИ Мовлади Удугову и попросила его прокомментировать последние события на Кавказе.

 

КЦ. Информация о том, что Амир Докка Умаров провозгласил Кавказский Эмират появилась несколько недель назад и вызвала противоречивую реакцию среди определённой части чеченских беженцев в Европе, позиционирующих себя сторонниками независимости чеченского государства.

  

В частности, бывший министр МИД ЧРИ и его окружение выступили с целой серией обвинений в адрес Докки Умарова и в Ваш адрес. Кроме того, в этих заявлениях и выступлениях утверждалось, что именно Вы стоите за провозглашением Кавказского Эмирата, «сговорившись с врагами чеченского народа ликвидировать чеченскую государственность»?

 

Мовлади Удугов: Во имя Аллаха Милостивого и Милосердного. Хвала Аллаху, Господу миров, который создал нас мусульманами и вывел на прямой путь. Свидетельствую, что нет Бога кроме Аллаха, и свидетельствую, что Мухаммад его раб и доверенный Посланник.

 

Кого Аллах повел прямым путем, того никто не собьет, а кого Он сбил, того никто не выведет на прямой путь. И затем…

 

Все, что говорили, говорят или будут говорить (или делать) бывший министр иностранных дел ЧРИ и его окружение не имеет никакого значения. Этот человек не самостоятелен, находится в чужой стране на положении фактического заложника и зависим, как от конкретных людей, так и от конкретных обстоятельств. Да он и сам, собственно, это не скрывает. Поэтому его слова и дела не имеют никакого значения.

 

Но есть другая сторона вопроса. Даже если учесть, что у кого-то действительно есть толстая папка с компроматом на бывшего министра МИД ЧРИ и его шантажируют, или экс-министр действительно является правоверным демократом, как он утверждает, это все равно не оправдывает факт предательства и измены присяге, ответственность за которые никто не отменял.

 

А так называемые «обвинения» со стороны противников Кавказского Эмирата — это нагромождение абсурда и бесстыдной лжи. Когда нет аргументов, нападают на личность. Когда нет фактов, поливают грязью.

 

Прискорбно, что уровень некоторых наших деятелей, изрыгающих оскорбления и прибегающих к грубым нападкам на руководство моджахедов, да к тому же привлекающих к этим нападкам лиц, не имеющих ни к Чечне, ни к чеченцам, ни к мусульманам никого отношения, оказался столь низок.

 

С другой стороны, инициированная бывшим руководителем МИД ЧРИ истерика имеет и безусловные положительные моменты. Произошло окончательное размежевание с чуждыми для моджахедов элементами. Выявились лица, которые до сих пор скрывали свои истинные намерения, свою неприязнь к Исламу и Шариату, свою враждебность к моджахедам и их амирам под маской помощников Джихада.

 

Всё стало на свои места, каждый обнаружил свою настоящую позицию и в этом немалая заслуга бывшего главы МИД ЧРИ, который своими действиями заставил проявиться этих людей, обнажив их истинные лица, и продемонстрировав, кто есть кто. Как говорится в таких случаях — «нет худа без добра».

 

Что касается самого заявления Докки Умарова о провозглашении Кавказского Эмирата, то я искренне сожалею, что не являюсь автором этого важнейшего исторического документа. Посчитал бы за честь быть автором этого заявления.

 

И хотя мои предложения были несколько иного уровня и порядка, конечной их целью было движение к общекавказскому государству. Поэтому я полностью поддерживаю и разделяю заявление нашего Амира.

 

Я рад, что принял посильное участие в деле восстановления Шариатской легитимности и возрождения объединенного Исламского Государства мусульман Чечни и Кавказа, к которому во все времена стремились наши предки.

 

Чеченское государство не только не ликвидировано, как лживо говорят противники Шариата, а ровно наоборот — оно вернуло себе тот высокий статус, каким он всегда был в прошлом — при Шейхе Мансуре, Имаме Шамиле, Шейхе Узун-Хаджи.

 

Очевидно, что произошел раскол в стане сторонников чеченской независимости. Российские СМИ сообщили, что бывший министр МИД ЧРИ Закаев даже объявил себя «премьер-министром» Ичкерии?

 

Объявить себя можно хоть папой римским, это не меняет сути дела. А вот о расколе говорить неверно. Это неправильная оценка.

 

Никого раскола нет. Произошло очищение сражающихся мусульман Чечни и Кавказа от вредоносного антиисламского элемента, который заражал своим присутствием здоровый организм возрождающейся исламской государственности и паразитировал на крови моджахедов.

 

Это не раскол, а отторжение инородного тела. Это окончательная деоккупация сознания мусульман, освобождение от химер и ложных страхов.

 

Не может быть раскола там, где никогда не было идеологического единства. А идеологического единства моджахедов с антиисламской лондонской группировкой, которая использовала и использует против сражающихся моджахедов те же «обвинительные аргументы», что и враги, просто не может быть по определению.

 

По сути, еврочеченцы (лондонская группировка чеченских национал-демократов) и промосковская группировка чеченских муртадов являются идеологическими родственниками. Между ними нет идеологических разногласий. У них разные «крыши» (отсюда взаимная неприязнь их лидеров), но идеология одна — враждебность к Исламу и неприятие Шариата.

 

И в Лондоне, и в Москве, и в оккупированном Джохаре эти люди говорят об одном и том же («ваххабизме», «Аль-Кайде», «международном «терроризме» и пр.), одним и тем же языком, одними и теми же словами. Рано или поздно между ними произойдет смычка. Не важно, под каким предлогом, но они договорятся, потому что враг у них один (как и у их хозяев) — моджахеды и Исламское Государство.

 

Поэтому далеко не случайными были известные месседжи на тему о том, что кадыровские муртады являются «деколонизаторами» и «спасительным буфером» между русскими оккупантами и чеченским народом. Эти сигналы из Лондона хорошо прочитываются в оккупированной Чечне. Те, кому они предназначены, и те, кто их посылают, прекрасно друг друга понимают.

 

Судя по всему, лондонские противники Кавказского Эмирата не будут сидеть сложа руки?

 

Я уже сказал, что это зависимые люди. Поэтому их слова и дела не имеют никакого значения. Пусть делают то, что могут. Мы тоже будем делать то, что можем, а результат у Аллаха, иншаАллах.

 

Каковы, на ваш взгляд, причины столь решительного шага со стороны чеченского руководства, провозгласившего Кавказский Эмират? Ведь Чеченская Республика Ичкерия де-факто все же существовала, несмотря на оккупацию. Политический бренд ЧРИ был узнаваем на международной арене и под него строились проекты. В конце концов, ЧРИ была понятна для Запада?

 

Осталось имя, но полностью изменилось содержание. Произошел колоссальный разрыв между внешней формой и реальным наполнением политического образования под именем Чеченская Республика Ичкерия.

 

Государственный груз взяло на себя новое поколение исламской молодежи, для которой понятие Ак'ида, Шариат, Ислам не инструменты политических игр, а суть их жизни. Жизни, которую они каждый день отдают ради того, что бы воплотить эти слова в реальность.

 

Этого не понимают те, кто живет в совершенно другой среде, оторванными от событий и реальной жизни сражающегося Кавказа.

 

Еврочеченские демократы страшно обиделись, что провозгласив Кавказский Эмират, моджахеды нарушили их размеренную и спокойную жизнь, поставили под угрозу их «легитимность». Поэтому они идут на любой, даже самый нелепый шаг, (чего стоит одно «телефонное голосование по выборам премьера Ичкерии»), чтобы восстановить свой статус-кво.

 

Что касается второй части вашего вопроса, то это тема слишком обширна, чтобы ответить несколькими словами. Поэтому я постараюсь дать более развёрнутый комментарий на эту тему. Итак —

 

О государстве

 

В хадисе Пророка Мухаммада (а.с.с) говорится (перевод смысла): После праведного Халифата наступит период наследственной монархии, который сменится тиранией и фитной (конфликтами), затем снова наступит период праведного Халифата. (Ахмад)

 

Этот хадис приведен для того, чтобы напомнить, что все современные формы государственного устройства, начиная от выборной демократии и кончая тоталитарными режимами, являются по сути ТИРАНИЯМИ — коммунистической, демократической, монархической, тоталитарной, авторитарной и прочей.

 

Государство это не просто социально-политическое образование на определенной территории, а это, прежде всего, идеологическая конструкция.

 

Основополагающим началом любого государства является религия. Именно религия (идеология) является цементирующей основой государства.

 

Шариатский принцип утверждает: нет множества религий, а есть только две веры — Ислам и язычество. Точно также нет множества типов государств, а существует только два типа — государство, которое основано на власти Бога, и государство, которое держится на власти Та'гута (проявляющейся в разных формах, начиная от диктатуры и кончая демократией).

 

Все другие имена и названия призваны скрыть эту простую истину.

 

О политике

 

Прежде чем разобраться в том, какая должна быть наша политика, мы должны определиться с одним принципиальным вопросом — что лежит в основе политики?

 

В основе любой политики, как и в основе государства, лежит идеология. Какая же идеология должна лежать в основе нашей политики?

 

Если Ислам то это одна позиция и одна политика. Если, что-то другое, то этой позицией и политикой будет все что угодно, только не Ислам.

 

Разность этих двух подходов проявляется в том, на чью помощь, на чье одобрение и благорасположенность мы рассчитываем или чьей враждебности, осуждения или гнева хотим избежать.

 

Ответы на эти вопросы и определяют суть политической доктрины.

 

Война — это хитрость. Это верное утверждение. Но к идеологии этот принцип хитрости не имеет никакого отношения. Хитрость в идеологии — это или абсурд, или заранее запланированное предательство.

 

Хитрить в идеологии, значит подрывать её основы. Хитрить в идеологии, значит подменять её суть. Нельзя путать божий дар с яичницей. 

 

Применительно к идеологии тезис, что «война — это хитрость» абсолютно нелогичен и, более того, ущербен и чрезвычайно вреден.

 

Подтверждением этому является хадис о том, как курайшиты после серии предложений, сделанных Пророку (а.с.с), предложили ему чрезвычайно заманчивое и по логике некоторых наших сегодняшних деятелей, очень выгодное решение — сделать Мухаммада (а.с.с) королем всех арабов и 364 дня в году поклоняться Аллаху и лишь 1 день их языческим богам.

 

Уверен, что если бы на месте Пророка (а.с.с) был бы какой-нибудь наш демократ, то он непременно принял бы это предложение, объяснив наилучшими словами и доводами все выгоды такого решения. Мол, став королем, и пойдя на столь выгодную сделку, можно впоследствии ликвидировать этот 1 день языческого поклонения.

 

Но Пророк (а.с.с), слава Аллаху, не был демократом и поэтому он не согласился на столь «выгодную» сделку, показав, что в идеологии нет места компромиссам и заигрыванию. И что это ложный путь, который не соответствует Исламу и неизбежно приведет к поражению.

 

Некоторые наши оппоненты в качестве аргумента дозволенной «хитрости» приводят договор Пророка Мухаммада (а.с.с) с язычниками в Худайбийи, под которым Посланники Аллаха (а.с.с) подписался просто Мухаммад сын Абдаллаха, убрав упоминание о своем пророческом статусе.

 

Однако, это ложный довод, так как Пророк (а.с.с) не объявил об отмене Шариата в Медине и не принял в качестве «хитрого» хода «международное арабское право».

 

Идеология — это стержень любой группы, организации, государства. Вокруг этого стержня и строится все остальное — начиная от политики и кончая отношениями между людьми.

 

Как это ни удивительно, но по прошествии 16 лет нашей безрезультатной и абсолютно провальной политики мы и сегодня пытаемся найти этому какое-то логическое объяснение, используя хитромудрые слова и выражения. В тысячный раз наступая на одни и те же грабли, мы вновь и вновь пугаем друг дура тем, что если пойти другим путем, то будет еще больнее.

 

По прошествии 16 безрезультатных лет чеченской «дипломатии» нам продолжают внушать, что, якобы, существуют какие-то дипломатические ниши, которые нельзя оставлять, а то их немедленно займет Россия и нам будет еще хуже.

 

Но о каких нишах, где, якобы, мы присутствуем, идет речь? О присутствии чеченской дипломатии в международных организациях? О лоббистском влиянии в сенате США или ООН? А может, мы имеем голос или хотя бы писк в каких-нибудь других структурах и организациях?

 

Высшим достижение нашей дипломатии стало то, что чеченского министра приняли в курилке ПАСЕ.  

 

У нас нельзя отнять (или занять)  того, чего у нас нет. Но зато постоянной имитацией деятельности мы ввергаем самих себя в состояние ложного ожидания, которое ведет к тупику и полному поражению. (Говоря о поражении, я имею ввиду мусульман, моджахедов, но не наших демократов. Для них имитация является сутью политики).

 

Кроме того, некоторые деятели, лишившись «легитимной крыши», опасаются пострадать. Может, как раз здесь и надо искать корень обеспокоенности чеченской «легитимностью», которую можно, якобы, потерять, если не «хитрить» в политике?

 

Да и сама пресловутая легитимность, (эта своего рода «священная корова»), в чем, собственно, должна проявляться? Кто должен награждать этим статусом-ярлыком?

 

Мы 9 лет требовали от России признать нас легитимными и независимыми, не понимая, что само это требование демонстрировала нашу ущербность и несостоятельность. Если мы сами, добровольно, отдаем другим право определять, свободны мы или нет, легитимны или нет, то о каком независимом государстве мы можем вообще говорить?

 

Странная позиция — мы требуем подтверждение своей легитимности от наших врагов. Абсурд. Мы настаиваем и требуем от наших врагов признания, заранее ставя себя в положение неполноценного субъекта, ставя себя в зависимость.

 

Мы сами объявляем себя несостоятельными и вместе с тем обижаемся, что нас считают несостоятельными другие. Мы не только добровольно отдаем свое законное право на независимость и свободу в руки других, а буквально просим забрать это наше право, требуя нас признать

 

Еще более абсурдно жаловаться одним кафирам на других и требовать их осуждения. Другое дело, что между самими кафирами есть немало проблем и противоречий. И это, конечно же, должно учитываться в нашей политике.

 

Однако подходы должны быть совершенно иные — не жалобы и бессмысленное взывание к справедливости и помощи, обещая взамен быть «святее папы римского» (быть более демократом, чем Буш и Браун вместе взятые), а реальный учет интересов по времени, месту и политической конфигурации, которая не стоит на месте, а постоянно меняется.

 

Мусульмане (группа, организация, государство), даже будучи незначительны в своем количестве и материальных возможностях, являются обладателями силы. Этой силой является религия Аллаха (с.т.) — Ислам. Четкое осознание и понимание этого фактора определяет политические принципы. Наиболее адекватным в нашей ситуации будет использование принципа силы и гибкости. Сила опирается на идеологию (Ислам). Гибкость — на готовность учитывать справедливые интересы других.

 

Нам не надо искать союзников в Европе, на западе или востоке. Нам надо искать и выявлять интересы.

 

О подпольном Джихаде

 

Наши национал-демократы западники призывают в политике придерживаться тезиса о том, что мы боремся за независимость и оперировать понятными для западной публики аргументами, убрав упоминания об Исламском Государстве.

 

С одной стороны мы призываем мусульман Чечни и Кавказа к Джихаду, с другой — «проявляем осторожность» и проводим «хитрую политику» на западе, чтобы заполучить союзников.

 

Эта хитрая политика предполагает, очевидно, что запад состоит из одних дебилов и глупцов. Или наоборот — что моджахеды не видят дальше прицела своих автоматов.

 

Однако заявление Амира Докки Умарова доказало, что моджахеды умеют не только стрелять.

 

Наши национал-демократы западники говорят  -  сначала независимость потом Исламское Государство. Мол, фундамент - это независимость.

 

Но Узбекистан тоже независимое государство. И Иордания с ее королем и «королевским шариатом», который запретил проповедовать Ислам, а в Рамадан открыл ночные клубы, тоже независимое государство, так же, как десятки других, так называемых, «исламских стран».

 

Простой житейский опыт говорит — Как запряжешь, так и поедешь. Как построишься, так и пойдешь.

 

Гамаль Абдель Насер опирался на Ислам и исламских союзников в лице братьев-мусульман в войне за независимость Египта, обещая — «как только победим, сразу восстановим Шариат». А сейчас, мол, не время об этом говорить, чтобы ни спугнуть союзников («нам нужно единство», вторили ему, убеждая друг друга братья-мусульмане).

 

Но после победы и прихода к власти, вместо Шариата он в одну ночь арестовал 17 тысяч активистов мусульман. Прошло 50 лет. Ситуация не изменилась. В Египте по-прежнему тысячами арестовывают братьев-мусульман, даже тех, кто «прошел в парламент», согласившись играть в демократические игры.

 

Но, как это ни странно, братья-мусульмане продолжают настаивать на том, что якобы ведут очень «правильную» и «мудрую» политику. Это было бы еще полбеды. Проблема в том, что свою «мудрость» они навязывают мусульманам по всему миру, в том числе в Чечне и на Кавказе.

 

Когда сотни тысяч разочарованных крушением Халифата турок бросили оружие и разбрелись по домам, младотурки (кемалисты) с Кораном в руках призывали — «Мусульмане! Если враги победят, то они отнимут у нас эту священную книгу Аллаха!».

 

Только обращение к исламскому чувству простых мусульман спасло ситуацию. Вся Турция, как будто очнулась. Страстное желание людей возродить Шариат и защитить Ислам заставило многие сотни тысяч турок полуголыми, босыми, буквально с вилами и топорами, выйти на войну. Эти сотни тысяч полегли в Чинак-Кале с именем Аллаха и мечтой о Шариате.

 

После победы и укрепления у власти, первым, что сделал Ататюрк — уничтожил Шариат, отнял Коран у турок, запретил Азан.

 

И таких случаев в новейшей истории мусульманских народов десятки.

 

Наши демократы говорят сегодня чеченским моджахедам то же самое — «Надо быть хитрыми, сейчас не время говорить об Исламском Государстве и Шариате, это вредно, отпугивает союзников, мы попадем в изоляцию. Мы, конечно же, тоже за Ислам и Шариат, но только после того, как получим независимость, освободим наши земли от оккупации с помощью союзников, которых надо привлечь на свою сторону», и так далее, и тому подобное. Это ложь.

 

Искать союзников в деле борьбы за нашу независимость, а потом кинуть этих союзников, объявив Исламское Государство — это абсурд, рассчитанный на глупцов.

 

Союзничество предполагает вполне конкретные обязательства и очень конкретные действия. Поэтому думать, что западные союзники впрягутся в борьбу за нашу независимость, закусив удила, и потом спокойно будут смотреть, как мы «строим» Исламское Государство — по меньшей мере, наивно, а по большому счету, лицемерие и заранее запланированное коварство.

 

Именно сейчас, именно в нашей нынешней ситуации было чрезвычайно важно «правильно запрячь и правильно построиться». Именно сейчас надо было закладывать фундамент. И этим фундаментом мог быть только Шариат, так как только на этом фундаменте можно построить действительно независимое государство без внешнего управляющего в лице Москвы, Страсбурга или Вашингтона, потому что с этими управляющими мы никогда не построим Исламское Государство.

 

Своей хитростью мы никого не обманывали, кроме самих себя. Демонстрируя двойственность и нерешительность в идеологии, мы создавали условия для неизбежной внутренней неразберихи и разброда (среди сражающейся части мусульман).

 

Нельзя было слишком долго сидеть на идеологическом заборе.

 

Наша ставка — это мусульманская молодежь Чечни и Кавказа. Вот наш наиглавнейший приоритет в политике, так как эта наша единственная на сегодняшний день основа сопротивления, за счет которой мы собственно и держимся.

 

Только Ислам, только Джихад до сих пор удерживает нас на ногах, и если бы мы стали играть в «хитрую политику», то попросту обрубили бы сук, на котором все еще сидим.

 

Нам нужны люди, готовые сражаться, сегодня, сейчас, а не болтовня в Европе и заумные рассуждения о «языке дипломатии» и необходимости учитывать циничный мир, в котором мы живем.

 

Пусть мир будет циничным. Это проблема мира. Мы не должны быть циниками, а тем более витать в облаках.

 

Стало слишком очевидным, что политическая конструкция Чеченского Государства уже не отвечала изменившейся ситуации на Кавказе — ни структурно, ни идеологически. Кроме того, эта конструкция находилась в противоречии Исламу и не отвечала подлинной Шариатской легитимности. Такая ситуация создавала реальную угрозу единству не только моджахедов Кавказа в целом, но и самому Чеченскому Государству.

 

Отсюда и возникло настоятельное требование определиться, в конце концов, и с нашим государством и с нашей политикой.

 

Нам надо было выбрать, наконец, в какую сторону будем поклоняться — или Страсбург, или Мекку.

 

Этого никак не хотят понять противники Шариата (Кавказского Эмирата), которых увлекла виртуальная игра в политику и удовлетворила внешняя форма привычных конструкций. Они уверовали в то, что мусульмане Чечни и Кавказа должны умирать за «демократическое будущее Ичкерии» в «национально-освободительной борьбе», а желание моджахедов умереть на пути Аллаха расценивают, как провокацию и заговор ФСБ.

 

Притязание и аргумент

 

Многие наши начитанные и политически упакованные деятели часто приводят в пример евреев (о том, как «маленький Израиль» якобы поставил на уши весь мир), рекомендуют нам брать пример с них. Или с западных стран и народов, которые «добились успеха». И это зачастую говорят те, кто называет себя мусульманами и 17 раз в сутки, во время молитвы при чтении суры Фатиха, просят Аллаха:

 

«Тебе только мы поклоняемся и Тебя только просим помочь! Наставь нас на путь тех, Кого Ты одарил благами, не тех, кто находится под твоим гневом (иудеев) и не заблудших (христиан). Да будет так!»

 

Нам предлагают брать пример с тех, кто под гневом Аллаха и заблудших, ориентироваться на них и строить свою политику так, чтобы удовлетворить их представления о нас, с тем, чтобы заполучить помощь и поддержку в борьбе с Москвой.

 

Вопрос не стоит в том, чтобы порвать все отношение с Западом (послать их на фиг, как выразился один из наших деятелей), и не в том, чтобы объявить всему миру войну (как думают некоторые наши демократы). Вопрос состоит в том, чтобы в корне изменить наши подходы к этому миру, в том числе и западному. В том, чтобы в корне изменить порочную практику постоянного обмана народа, искусственно поддерживая настроение некоего ожидания (вот сейчас нас заметят и, наконец, пожалеют и защитят).

 

Эта порочная и чрезвычайно вредоносная политика не только унижает (это было бы еще полбеды), а убивает сам дух к сопротивлению, веру в собственные силы, делает из людей перманентных беженцев, которые рассчитывают только на гуманитарную помощь.

 

Мы не призываем объявить войну миру (война против нас и так идет полным ходом и уже давно). Мы призываем определить для этого мира то место, которое от нас требует Шариат и вести себя с этим миром соответственно Шариату, а не фантазиям оторвавшихся от своих исламских корней деятелей.

 

Подстраиваясь под идеологическую крышу стран, ведущих войну против Ислама, мы вольно или невольно занимаем вполне определенную позицию. Точнее, не имея собственной позиции, принимаем чужую и пытаемся представить эту чужую (антиисламскую) позицию, как полезную и обязательную для Чечни (мусульман Чечни, Кавказа)

 

Без всякой критики и раздумий берем, как свои, антиисламские идеологические аргументы и принимает на вооружение их аргументацию. При этом уверяем всех, что это и есть наша «умная политика».

 

Все, что антиисламская пропаганда называет или определяет как «терроризм», мы принимаем и сами затем транслируем и навязываем у себя, как попугаи, повторяя те же аргументы и при этом умудряясь стеснительно оправдываться, что «ислам — это религия мира».

 

Однако религия Ислам сама свидетельствует о себе и доказывает свою состоятельность. Она является одновременно и притязанием и аргументом.

 

Ислам действительно религия мира, но только тогда, когда она находится у власти.

 

Проблема исламских лидеров

 

Власть, лидеры, политики должны интерпретировать те или иные события, давать им оценку, так как оценка и интерпретация являются своеобразными маяками, на которые ориентируется основная масса людей.

 

Поэтому слова руководителей государства, представителей власти, политиков (не говоря уже о делах) не остаются без последствий и те, кто их произносит, прекрасно знает, что публичная деятельность является одной из главных форм кристаллизации общественного мнения, политических взглядов и, собственно, политики.

 

В этой связи утверждения, что мы будем говорить одно, но самом деле подразумевать другое — несостоятельны в принципе, вредны, лживы и опасны.

 

Политические формулировки никогда не остаются без последствий

 

Практически большинство исламских движений, стран, лидеров, политиков мыслят в системе координат навязанных кафирами. В рамках этой системы кафиры контролируют даже самых умных и отвязанных «террористов». В рамках этой системы мусульмане не представляют никакой силы. Только выйдя за рамки этих координат можно порвать цепи, связывающие волю мусульман. Только вне рамок этой системы можно предложить свою, шариатскую систему и действовать по шариатским правилам, опираясь не на общественное мнение или добрую волю кафиров, а на Аллаха.

 

К примеру, «радикальная» организация ХАМАС считает значительным достижением, что палестинское сопротивление «вынудило министра обороны Израиля уйти в отставку».

 

Как воспринимать такое абсурдное восприятие со стороны мусульман? Как непонимание или самообман? И то, и другое.

 

Мусульмане (а точнее, большинство лидеров мусульман) азартно увлечены играми в чуждую Исламской ак'иде (вероубеждению) и мировоззрению политику, вместо того, чтобы опереться на Шариат и вернуть политике ее реальное исламское содержание.

 

Вместо того, чтобы радоваться тому факту, что на место одного сиониста придет другой, может более коварный и жестокий, стоило бы подумать над тем, почему дежурная смена не справившегося со своей задачей сиониста воспринимается мусульманами как некое достижение, когда реальное состояние дел в оккупированной Палестине остается без изменений. 

 

Свежий пример — Сомали. Вместо того, чтобы закрепить достижение настоящего народного исламского восстания и уничтожить в зародыше поползновения разгромленных и деморализованных криминальных банд, вдруг ставших под крышей США «временным легитимным правительством», лидеры Союза Исламских Судов решили заняться политикой. Стали вести с этой бандой переговоры (причем, не протестуя, что банду называют «временным правительством»), заговорили о каком-то «правительстве национального единства», думая, что таким образом смогут ублажить запад и Эфиопию и избежать войны.

 

На заготовленное американцами дежурное «обвинение» в связях с Аль-Кайдой, Союз Исламских Судов стыдливо оправдывался, наивно призывая в свидетели мир, вместо того, чтобы заткнуть эти «обвинения» простым заявлением, что Исламские власти Сомали самым тесным образом связаны с любым мусульманином в мире, выступающим за Шариат.

 

К большому сожалению, мы каждый раз становимся свидетелями того, что огромная энергия мусульман, завоевания простых людей, жертвующих своими жизнями во имя Ислама, сводятся на нет политической робостью большинства исламских лидеров (или называющих себя таковыми), которые находятся под влиянием навязанных стереотипов и ложных страхов.

 

Проблема мусульманских лидеров (и многих джамаатов) в том, что они играют в политику, стараясь подражать своим врагам. Вместо того, чтобы следовать сунне и требованиям Шариата, которые предполагают взаимную помощь мусульман, выдумываются различные оправдания в вопросах союза с теми или иными странами или силами, которые враждуют с мусульманами.

 

Так, исламские лидеры Палестины братаются с Россией и даже не заикаются о Чечне, несмотря на то, что Москва уничтожает чеченских мусульман, объясняя свою позицию тем, что так надо для противовеса США.

 

Многие мусульманские деятели активно выступают против агрессии США в Ираке, клеймят американскую оккупацию, защищают права палестинцев и иракцев на сопротивление, но в отношении Чечни предпочитают молчать. И здесь, то же самое объяснение — Россия якобы является противовесом США.

 

Те же доводы и у некоторых наших деятелей от «реальной политики». Мол, нельзя поддерживать иракских моджахедов или проявлять лояльность к талибам, потому что Запад, якобы, противостоит России, а нам нужна лояльность Запада.

 

Нам постоянно предлагают следовать «общим правилам», запугивая всевозможными последствиями, или, что в противном случае мы потерпим ущерб. Однако это ложная угроза.

 

«И кто станет уповать на Аллаха, тому будет Его достаточно». (Развод, 3).

 

Приведенный Аят Корана ясно подтверждает это. Не людей следовало бы нам боятся, а Аллаха (с.т), и следовать не мнению испуганных видимой силой и мощью людей, а приказу Аллаха (с.т), который обязывает нас подчиниться Шариату и идти путем указанном его повелением.

 

Это аргумент для верующего, мыслящего исламскими категориями мусульманина, для которого Сунна, Коран и Шариат — истина. Но не для тех, у кого мировоззренческие категории формируются на основе «осязаемых» аргументов «реальной политики» и для которых Бог отделен от жизни, такая позиция в их понимании будет «глупостью», «невежеством» или «провокацией» в «помощь Путину для уничтожения генофонда чеченского народа».

 

Для этих людей именно Путин, а не Аллах (с.т.) управляет этим пресловутым генофондом.

 

Когда Пророка (а.с.с) пугали силой врагов, он всегда отвечал — «И достаточно для нас Аллаха, а он лучший из покровителей…»

 

В другом хадисе Пророк (а.с.с) говорит (перевод смысла) — «И если все люди и джины (первые и последние) соберутся, чтобы навредить тебе, то они не смогут сделать ничего, что не было бы предписано Аллахом. И если все люди и джины (первые и последние) соберутся, чтобы сделать тебе благое, они не сделают ничего, кроме того, что было предписано тебе Аллахом (с.т).

 

О международной поддержке

 

Западная пропаганда и прозападные деятели из чеченцев любят говорить, что мол, из-за действий Шахидов мы потеряли поддержку Запада и мирового сообщества. А в свое время из-за назначения Басаева на должность первого вице-премьера при Шейхе Абдул-Халиме (оба Шахиды иншаАллах), это, мол, стало очевидным. Особенно педалируют (до сих пор) тему Беслана и Норд-Оста.

 

До сих пор наши демократы, представлявшие все эти годы моджахедов, говорили и говорят о «проявлениях экстремизма» со стороны тех, кого они собственно представляли, т.е. моджахедов.

 

А если, мол, еще и Исламское Государство объявить, то мы вообще «впишемся в контекст международного терроризма».

 

Однако, это абсолютное лицемерие. Запад и так называемое «международное сообщество» поют эту песню с 1991 года, с того самого момента, как Чечня восстановила свою государственность.

 

Кто мешал Западу и «международному сообществу» признать независимость Чечни до 1994 года?

 

Кто мешал этому сообществу не финансировать войну 1994–1996 годов?

 

Кто мешал этому сообществу, под контролем которого прошли выборы президента и парламента ЧРИ, признать право чеченского народа на суверенитет?

 

Кто мешал этому сообществу прекратить геноцид Чечни до 2001 года, до появления официальной отговорки, что, мол, теперь США борются с «международным терроризмом» и нуждаются в поддержки Кремля?

 

Кто мешал остановить геноцид до Норд-Оста, до Беслана?

 

Кто мешал оказать финансовую, политическую и военную помощь демократически избранному правительству Чечни, которое было сформировано при непосредственном участии Запада?

 

Сегодня, по меньшей мере, несправедливо требовать от преданных и обманутых Западом и «мировым сообществом» людей умирать под российскими ракетами за идеалы, которые не дают ни защиту, ни надежду.

 

Поэтому Норд-Ост и Беслан были последней отчаянной попыткой уходящего поколения чеченских борцов за независимость пригласить Москву к переговорам и дать Западу возможность вмешаться в ситуацию.

 

Запад осудил моджахедов в угоду России, а Кремль предпочел переговорам демонстративное убийство собственных граждан, в том числе сотен детей. Тем хуже для Кремля.

 

Так называемое «международное сообщество» играет на стороне России, а пресловутое «международное право» выдало Москве лицензию  на убийство чеченского народа. Это слишком очевидно, чтобы не замечать.

 

И после этого наши демократы смеют настаивать на том, что мы должны держаться за «международное право»!?

 

ОБСЕ, ООН, СЕ и прочие организации де-факто и де-юре участвуют в легализации оккупационного режима в Чечне (помогают в формировании юридико-правовой базы марионеточного режима).

 

Эти организации перманентно осуждали и осуждают действия чеченских Вооруженных Сил и Кавказского Фронта.

 

Они дипломатично промолчали после убийства президента Масхадова (сделав лишь пару дежурных замечаний), которого чеченцы выбирали под их (Запада) гарантии и при их наблюдении.

 

Они (а вместе с ними и так любимые нами правозащитники) публично выразили удовлетворение и радость гибелью военного амира и вице-президента ЧРИ Шамиля Басаева.

 

Они дружески похлопали по плечу Путина после теракта против Яндарбиева и его 13-летнего сына.

 

Они полностью отказались от всякого осуждения России за геноцид в Чечне.

 

Они помогают России финансово и политически в агрессии и оккупации ЧРИ.

 

16 лет подряд эти организации обсуждают на своих дежурных заседаниях не геноцид чеченского народа, а вопросы «терроризма» в Чечне.

 

Они вместе с кровавым путинским режимом организуют олимпийский шабаш на костях миллионов убитых кавказских мусульман в Сочи.

 

Что еще они должны сделать, чтобы мы, наконец, стали действительно реалистами?

 

Чеченский народ не может отказаться от Ислама и Шариата только потому, что некоторым от этого становится неуютно при встречах с западными деятелями в уютных отелях или курилках ПАСЕ.

 

На собственном трагическом опыте, испытав обман и предательство со стороны Запада («мирового сообщества»), было бы верхом глупости отказаться от единственной защиты, которая дает силу к сопротивлению и выживанию — от Ислама.

 

Сильный диктует свою волю, слабый взывает к справедливости

 

Есть еще одна разновидность заблуждения, от которой пора бы уже избавиться. Многие считают, что проблема заключается в Путине (Ельцине и т.д), в его политике и в целях группировки, на которую он опирается.

 

Опираясь на исламские мировоззренческие принципы и методологию, мы должны четко уяснить для себя, что не имеет никакого значения, кто управляет в Кремле — Путин или Пупкин.

 

Дело не в России и не в Путине, дело в нас самих, в нашей правильной (с точки зрения Шариата) оценке ситуации и действиях. Дело в нашей ак'иде (вероубеждении).

 

В Кремле может заправлять 10 путиных и 20 сталиных, и Россия может быть самым сильным государством в мире, но Москва не сможет причинить нам никакого вреда (кроме предопределенного Всевышним), если мы будем строго придерживаться Шариата и в войне, и в политике.

 

И, наоборот, в Кремле может заправлять самый слабый и недалекий человек, а Россия может быть самой слабой страной мира, но мы (мусульмане) неизбежно проиграем, если отойдем от Шариата, даже если выиграем войну и захватим Кремль.

 

Путины, будановы, кадыровы и пр. будут всегда. Это всего лишь псы Аллаха, которых Всевышний по своей мудрости натравливает на того, на кого пожелает, испытывая одних людей другими. Но поведение этих псов зависит от нашего поведения. 

 

Асхабы Пророка (а.с.с) никогда не искали причины своих поражений и неудач у противника. Они выявляли причины в себе, в своих действиях. Достаточно напомнить известную историю времен асхабов, когда мусульмане целый месяц не могли взять одну крепость и не знали, что делать, когда один из них предложил проверить всей ли Сунны (практики Пророка а.с.с) они придерживаются.

 

Выяснилось, что асхабы в пылу сражения забыли по утрам чистить зубы (одна из важнейших сунн Пророка а.с.с). Рано утром, перед очередным штурмом, асхабы принялись за чистку зубов, используя сивак (веточки от специального сорта дерева). Противник со стен крепости увидел нечто странное, и Аллах вселил в их сердца страх. Защитники крепости подумали, что мусульмане настолько разъярены, что готовы съесть их живьем и поэтому точат свои зубы.

 

Не начиная бой, противник открыл ворота крепости и сдался на милость победителя.

 

Это исторический факт (и таких много) засвидетельствованный документально. Если такая мелочь, как сивак стала причиной неудачи, то на какой успех рассчитываем мы, когда опираемся на ложные, антиисламские мировоззренческие аргументы в нашей политике?

 

Мы не имеем многомиллионного пушечного мяса, мы не имеем ядерного оружия и, если измерять ситуацию с позиции «реальной политики» (земных аргументов), наша война с Россией — это полный абсурд. Но те, кто уже 8 лет с оружием в руках противостоят России, опираются не на «реальную политику» и байки о «чеченских суперменах». Моджахеды опираются на Аллаха, ежедневно доказывая, что «абсурд» в понимании «реалистов» на самом деле более реален, чем их собственное существование в этом бренном мире.

 

Если в сражении мы опираемся на Аллаха, то почему в политике мы должны опираться на что-то другое, помимо Него?

 

Если нашей единственной силой в сражении с русскими кафирами является надежда на помощь Аллаха, то почему мы отказываемся от этой помощи в нашей политике?

 

И на каком основании мы рассчитываем в этом случае на успех?

 

Коротко о демократии

 

Демократия присвоила себе монопольное право на легальное применение силы. Всем остальным в этом праве отказано.

 

Линдон Джонсон, будучи президентом CША, заявил: «Сначала Вы должны захватить их, чтобы затем захватить их сердца и умы».

 

Именно в этом суть и цель — захватить умы и сердца мусульман, уничтожить исламский образ жизни, исламские ценности, силой навязать свои законы и свою мораль.

 

Кто хочет знать об этой стороне демократии чуть больше, чем сказано Линдоном Джонсоном, пусть прочтет другие книги апологетов демократии, например, книгу «Экспорт демократии -судьба Америки» — одного из идеологов западной демократии Джошуа Муравчика, ученого американского Института бизнеса в Вашингтоне или других авторов, которые определяют и обосновывают идеологическую и военную экспансию против Ислама.

 

Этот идеолог оправдывает «экспорт демократии» далеко за пределы американских интересов. Он, а  вслед за ним и нынешние лидеры международного антиисламского альянса, считают, что Америка, а следовательно, и другие государства, которые разделяют ее ценности, имеют «моральное и гуманитарное обязательство обратить свои идеи и идеалы в веру». Другими словами, сделать из демократии Религию.

 

Эта идеологическая установка апологетов демократической религии возвращает нас к тому тезису, который был изложен в начале этого комментария и подтверждает его.

 

Итак, повторим этот тезис:

 

Основополагающим началом любого государства является религия. Именно религия (идеология) является цементирующей основой государства.

 

Шариатский принцип утверждает: нет множества религий, а есть только две веры — Ислам и язычество. Точно также нет множества типов государств, а существует только два типа — государство, которое основано на власти Бога, и государство, которое держится на власти Та'гута (проявляющейся в разных формах, начиная от диктатуры и кончая демократией).

 

Все другие имена и названия призваны скрыть эту простую истину.

 

*****

 

Интервью и комментарий подготовлены к печати редакцией КЦ


Статьи по теме:

Мовлади Удугов: «Признаки надвигающейся финальной войны проявляются все явственнее»
Амир Имарата Кавказ Докку Абу Усман: Ответы на вопросы
Йемен: Первое интервью с Амиром АКАП в Зинджибаре Абу Хамзой аль-Маркаши
Шамиль спросил меня: «Когда ты станешь Амиром, ты объявишь Имарат?»
Мовлади Удугов: Арабская революция. Что дальше?
Амир Докку Абу Усман о бин Ладене, Имарате Кавказ и потерях моджахедов
Обращение Амира ИК Докку Абу Усмана к мусульманам Кавказа и России: «Сражайтесь с врагами везде, где достанет ваша рука!»
Амир Супьян о «мирных переговорах» и «всемирных конгрессах»
АМИР ИК Докку Абу Усман: «О мирных переговорах и всемирных конгрессах»
Разъяснение Амира ИК Докку Абу Усмана в связи с фитной среди моджахедов
Амир ИК Докку Абу Усман назвал главного виновника фитны среди моджахедов
Шейх Анвар аль Авляки: США – это тиран, а тираны в истории всегда плохо кончали
Амир Имарата Кавказ Докку Абу Усман: «Мы освободим Краснодарский край, Астрахань и Поволжские земли...»
Интервью Амира Имарата Кавказ Докку Абу-Усмана
Ответы на вопросы кадия Имарата Кавказ, амира Объединенного Вилайята КБК Сайфуллах