В конце февраля очередная годовщина боя под Улус-Кертом, в ходе которого была уничтожена рота российских десантников из Пскова. Несмотря на то, что выдумки кремлевской пропаганды об этом бое неоднократно опровергались чеченской стороной, Москва по-прежнему пытается пропихнуть ложь в общественное сознание обывателя и навязать свою трактовку того беспримерного сражения, в котором изможденные 2-недельным зимним переходом моджахеды наголову разбили элитное подразделение российских войск.
8 лет назад, 29 февраля 2000 года близ Улус-Керта произошел ожесточенный бой между отборным отрядом оккупантов и подразделением чеченских моджахедов.
70 чеченских бойцов штурмовали высоту, на которой находилась рота тех самых псковских десантников, которые, как лжёт российская пропаганда, якобы «сдерживали натиск 2 тысяч боевиков».
1300 моджахедов шли со стороны Шатоя в направление Дарго-Ведено. Вымотанные долгим переходом, замерзшие, раненые, больные, моджахеды вышли к ущелью реки Ваштар (Абазулгол). Разведка доложила, что на высоте между Улус-Кертом и Дуба-Юртом расположился отряд оккупантов, в распоряжении которых минометы.
Очевидцы и участники того сражения рассказывают, что после короткого совещания раненый Шамиль Басаев (его несли на носилках с оторванной ногой) приказал Хаттабу отобрать штурмовую группу и атаковать десантников.
Хаттаб поначалу отказался, заявив, что колонна (хоть и под обстрелом), но сможет пройти десантников, не вступая в огневой контакт. Однако Шамиль указал на то, что в случае прохода под огнем противника потерь будет несоизмеримо больше, и что под угрозой минометного расстрела окажется арьергард колонны.
Затем Шамиль Басаев обратился к Хаттабу и сказал — «Если ты сейчас не выполнишь мой приказ, то в Судный День я буду свидетельствовать перед Аллахом, что ты не выполнил приказ своего амира».
Услышав эти слова, Хаттаб тут же извинился и приступил к формированию штурмовой группы, которую сам и возглавил. Как впоследствии рассказывал сам Хаттаб, он испугался тех слов Шамиля и того, что в Судный День ему нечем будет оправдаться перед Всевышним.
Хаттаб отобрал группу моджахедов в 70 бойцов-добровольцев. Перед боем к моджахедам с речью обратился Шамиль. Затем начался штурм.
Как рассказывают участники боя, поднимались на высотку под ураганным огнем противника с невероятно медленной скоростью. Сил двигаться вверх практически не было. Моджахеды руками помогали себе переставлять ноги.
О прицельной стрельбе по десантникам не было и речи. Когда передовая группа взобралась на высоту, перед ними предстала впечатляющая и вместе с тем странная картина.
Около 100 трупов были свалены в одну кучу, как будто кто-то специально перетащил их в одно место. На лицах всех десантников застыл ужас. Лица были серо-пепельного цвета. Практически у всех были пулевые ранения в голову и грудь почти под горлом. (Фоторепортаж здесь)
Моджахеды потеряли 25 бойцов (по другим данным 21). Почти все погибшие под Улус-Кертом похоронены в населённых пунктах Веденского района: Тевзана, Махкеты, Хаттуни.
Как заявлял в последствие Хаттаб и бойцы штурмовой группы, у всех участников того боя было ясное ощущение того, что причиной смерти десантников была не столько их стрельба, сколько действие другой силы — силы Бога и его Ангелов.
Хаттаб, любивший рассказывать эпизоды различных сражений, практически никогда особо не распространялся о бое под Улус-Кертом. Об этом бое мало рассказывали и другие его участники. Когда моджахеды пытались расспросить Хаттаба о том сражении, он обычно отвечал коротко — «Это была не наша работа…».
А тем временем российская пропаганда, стараясь исказить реальные события того сражения, продолжает рассказывать небылицы «о полчищах боевиков и горстке русских героях». Пишутся статьи и книги, снимаются фильмы и постановки, по ТВ выступают генералы и политики.
При этом каждый год русская государственная пропаганда называет разные цифры потерь моджахедов, то 500, то 1500, то 700 (это последняя версия). На простой вопрос — «а где массовое захоронение боевиков?», — московские пропагандисты предпочитают не отвечать.
Кстати, в те дни в районе Улус-Керта моджахедами было уничтожено до 200 спецназовцев российской армии. Однако официальной огласке были преданы только потери среди псковских десантников, о которых невозможно было умолчать, поскольку все они были из одной части и одного города, и все жители Пскова были в курсе этих потерь.
Примерно через неделю после боя под Улус-Кертом, в местечке Дуц-Хоти Сельменьтаузенской сельской администрации, русскими оккупантами с помощью местных муртадов, были преданы, а затем подло расстреляны 42 раненых и безоружных моджахеда, которые по решению командования ВС ЧРИ, были временно оставлены в одном из зданий на окраине села.
Саид Ирбахаев
КЦ
Наша кнопка
версия для печати
