Утро в Шамилькале. Сонные менты ковыряются в мусорных баках, кучах мусора на обочинах дорог, по которым проедет Муху и Амиров. Со своими братьями-собаками чуть ли залезая на деревья, в поисках спрятанной бомбы.
Пьяные оперативники, после ночи, проведенной в «засаде» на пляжах и кафе, а кто и после «оперативной работы» с девицами легкого поведения, «тусующимися» напротив МВД, едут после совещания — «пятиминутки» домой, отсыпаться.
Из подъездов выходят «шемахинские царицы». Юбки с торчащими пупками или бриджи по натертые колени, нижнее белье навыпуск, накладные ресницы, нарисованные брови, маникюр-педикюр, макияж в стиле «боевой раскрас индейца племени Чорок», татуаж, наклеенные ногти, силиконовые губы и прочие запчасти тела. От этих «красавиц» Дарвина несет как из бочки с протухшим разливным парфюмом. В общем, тюнингованный «запорше».
Они с гордым видом садятся в обшарпанные маршрутки, с томным голосом девушек по вызову, говоря водителю: «А-астанави у пр-ракратуры!».
Выйдя из машины, они подходят к проходной, удостаиваясь сальных взглядов, а то и «комплиментов», вечно голодных во всех смыслах милиционеров. Тем остается только грызть металлические прутья «вертушки».
Придя на «работу», эти секретутки первым делом начинают «освежать» боевой раскрас и взбивать прическу в стиле « я упала с самосвала — тормозила головой». После получасовых усилий, выщипав остатки бровей и доведя тушью линию до ушей, они бегут ставить чайник для своего «начальника».
Начальник является на работу к 10–12 часам, в зависимости от должности. Пока он «задерживается», секретарша выдувает три чашки чая и съедает пару батонов, памятуя о «фигуре».
Маечка детского размера и так трещит под ширью «форм», придавая этим дамам с картин голландских художников, вид воздушного шара, на который с трудом напялили одежду.
С приходом Гамлета Котлетыча, по старинным южным обычаям подается чай, потом снова чай, а потом идет прием посетителей. С «дорогими гостями» также выпивается пару самоваров чая. Наступает перерыв.
Гамлет Котлетыч, придя на работу в 11 часов, в 12.30 идет на «обед» до 15.00, после чего приходит на работу весьма утомленным. То ли «Рычал-су» так подействовало, то ли съеденная кастрюля любимой долмы, но «начальство» закрывается под видом «изучения документов» со строгим наказом — никого не принимать. Пока любимый «хаким» видит третий сон после плотного обеда, секретарша продолжает трескать вторую пачку «Ролтона». Затем за раз выдувает три чашки чаю с полкило конфет.
Проснувшись в 16.30, Гамлет Котлетыч озабоченно поглядывает на часы. Скоро приедет «большой» начальник, проводить заседание. Он звонит домой и говорит уставшим голосом жене: «Дарагая, у нас сегодня заседание, потом отчеты, в общем, буду поздно».
Потом звонит в приемную «большого» начальника и говорит, что его срочно вызвали на «место происшествия».
Положив трубку, он игривым тоном спрашивает секретаршу: «Ну, чем мы сегодня займемся?». Секретарша, опустив огромные накладные ресницы, отвечает томным голосом, общий смысл которого таков: «сначала накорми, потом спать уложи».
После бурного «заседания», в восьмом часу вечера секретарша усталая едет домой. Мужа — работника милиции можно дома даже не ждать. Его муж и жена, его семья и дети — Хамильгерей, который имеет их круглосуточно. Даже путаны в таком режиме не работают. У них хоть есть выходные и «профсоюз» сутенеров.
Скинув майку, смыв грим и надев рваные тапочки, дама устало включает телевизор и смотрит любимый телесериал «Аргентинское танго с бригадой ментов».
Муж приползает домой «на бровях», поздно ночью, весь никакой, и заплетающимся языком сообщает, что был на «спецоперации». Огонь, видимо велся из всех бутылок одновременно — замечает жена и кидает в него раскладушку.
Она встречает мужа в драном халате с маской из какой-то дряни на лице. От нее уже не пахнет «парфюмом», а только несет запахом привокзальной столовой. Из «царевны» она в одночасье превращается в лягушку. Муж не настолько дурак, чтобы приближаться к этой лягушке. Он берет раскладушку и идет спать в ванную.
Когда он встретил ее впервые в коридоре прокуратуры, он не думал, что после его — Ивана-дурака поцелуя, скинув с себя все эти «перья», накладные ресницы, нарисованные брови, накрашенные и клееные ногти, она ночью превратится в жирную дохлую лягушку, которая способна пробудить аппетит только во французских ресторанах.
Днем, когда это «красавица» Дарвина идет на работу к посторонним мужчинам — «царевна», вечером дома для мужа — лягушка с бигудями на голове.
Утром в 7.00, с синяками под глазами, с больной от похмелья головой муж бежит как олень на «построение», а жена, выспавшись и неспешно намалевав «боевой раскрас» по всей «моде» снова едет на «работу».
В общем, как говорил поэт: «Все повторяется как встарь. Аптека, улица, фонарь…»
Шамилькалинский бродяга
ДШ
Наша кнопка
версия для печати
