Публичные шутки президента России Владимира Путина, на протяжении всего срока его пребывания у власти вводящие в шок западное общество, нравятся очень многим россиянам. Успех особенностей языка и чувства юмора российского лидера у соотечественников, объясняется тем, что это полублатные-полуказарменные словечки и обычаи совпадают с люмпенскими предпочтениями населения страны, считает писатель-сатирик, публицист Виктор Шендерович. В своей статье в «Ежедневном журнале» он анализирует феномен успеха у россиян приблатненного юмора президента, «природно отдающего «совком» и казармой».
Россияне в отличие от всего остального мира не вздрагивают от похвалы Моше Кацаву, обвинявшемуся в изнасиловании («Оказался очень мощный мужик! Десять женщин изнасиловал! Я никогда не ожидал от него! Он нас всех удивил! Мы все ему завидуем!») и не морщатся от путинской оценки грузинских событий («То розовая революция, то голубую еще придумают…»).
Владимир Путин как шутник и знаток уличного сленга: «Мочить в сортире, жевать сопли, хватать за яйца… бьем один раз, но по голове… отрезаем, чтобы не выросло… замучаетесь пыль глотать!», — следует заметить, что по преимуществу путинские перлы эти рождались в беседах с иностранными корреспондентами, задающими вопросы, не согласованные с президентской пресс-службой.
Между тем, российским телезрителям известен и другой «путинский стиль» проявляющийся в его публичном общении с подчиненными. «С министрами и вице-премьерами собственного правительства Путин говорит как с неразумными детьми, покровительственно-свойски, прилюдно демонстрируя разницу в интеллекте и человеческих масштабах. Разница эта достигается прежде всего готовностью путинского собеседника есть дерьмо на глазах у миллионов телезрителей — и примером тех, которые прилюдно есть дерьмо отказались и сидят в Краснокаменске», — пишет Шендерович.
Сатирик предлагает присвоить имя президента «дивному юмористическому приему: сначала ввести собеседников в ступор карательными мерами, а потом начать с ними, трясущимися, разговаривать голосом учительницы младших классов».
Иногда пренебрежительная интонация путинских шуток с подчиненными перерастает в бытовое хамство. «Если вы меня спросили, нужно ли это делать по Чубайсу, я вам могу сказать: нет. Делать нужно по уму», — заявил он в 2000 году. Возражений от Чубайса не последовало, как и вопроса от журналистов, не означают ли его слова, что Чубайс — дурак, а Путин — умный.
Писатель припоминает и другие унизительные для чиновников шутки. Например с главой российского футбола, миллионером Мутко, съевшим шутку про «намутили» и «оставшийся стоять в полупоклоне».
Под конец напомним еще один образец юмора Владимира Путина и опять в высказываниях «на экспорт». «Настоящий мужчина всегда должен пытаться, а настоящая девушка — сопротивляться. Это значит — власть стремится снизить количество критики в свой адрес, а СМИ всегда привлекают внимание к ошибкам власти. В этом — основа общества, и Россия в этом плане мало отличается от других стран» (на вопрос о свободе слова).
КЦ
Наша кнопка
версия для печати
