В прошлом месяце 20-летний призывник из города Волгодонска (РФ), проходивший срочную военную службу в Дагестане, покончил с собой после неудачного побега из части, где, как он жаловался, над ним издевались сослуживцы, пишет исследовательское издание IWPR.
Руслан Махиянов был кавказцем, и служил на Кавказе, но это его не спасло. Дагестанские призывники все чаще становятся объектами систематического насилия и издевательства в российской армии.
«Проблемы со службой возникают у более чем 80 процентов солдат-срочников, призванных из Дагестана», — сообщила IWPR председатель так называемого «комитета солдатских матерей Дагестана» Хури Пирсаидова.
Жертвой казарменного насилия стал в этом году и дагестанец Малик Гаджибабаев. Он написал родителям письмо, в котором умолял их найти возможность перевести его в другую часть. Несмотря на вмешательство военной прокуратуры и уже готовый рапорт о переводе в другой гарнизон, Малика все же оставили служить на прежнем месте.
Сестра Малика Анжела рассказала IWPR: «Сослуживцы завидовали Малику — он был санитаром в госпитале. Шесть человек его избивали, но Малик сбежал и позвонил командиру роты, прося его о помощи. А командир отдал его на «воспитание» землякам».
«16 мая Малик был доставлен в военный госпиталь Амурской области с тяжёлой травмой головы и конечностей, в состоянии комы третьей степени. 28 мая он умер, так и не придя в сознание».
Пирсаидова приводит крайне тревожную статистику: «За 2005 год 21 дагестанец-срочник был убит в результате насилия в российской армии, на 296 служащих было возбуждено уголовное дело, из них более 80 были осуждены по различным статьям. Более 500 срочников обратились только в «комитет солдатских матерей Дагестана», из них больше половины по вопросу неуставных отношений».
Беглецов из российской армии среди дагестанцев с каждым годом становится все больше. Согласно официальным данным за 8 месяцев 2006 года из армии бежали 52 уроженца Дагестана. Но эта явно заниженная цифра, говорят в «комитете солдатских матерей». На самом деле беглецов значительно больше.
Один призывник, совершивший побег с группой других служивших с ним в одной части дагестанцев, писал домой: «Офицеры каждый раз, напившись, избивали нас резиновыми дубинками, черенками от лопат и обзывали нас «чурками» и «обезьянами»… В батарее «дагов» (дагестанцев) было всего шестеро. Нас поднимали ночью и били. Мы жаловались командиру полка — полковнику Тыщенко. Писали объяснительную. А он нам показал 15 заявлений от наших сослуживцев о том, что мы над ними издеваемся. Но это всё неправда».
По мнению общественных активистов, так называемые «неуставные отношения» поощряются сверху.
Пирсаидова возмущается: «Они рабы своих командиров и всего воинского уклада. Командиры самоустраняются от воспитания солдат. Этим занимаются «деды». Когда солдаты рассказывают своим командирам о проблемах со здоровьем, то в ответ слышат, что они симулянты. В апреле этого года один такой «симулянт» Висирпаша Аминов умер от пневмонии. В госпиталь его положили только тогда, когда он потерял сознание, но спасти его жизнь было уже поздно. Родителям солдат, даже если они приедут в часть, могут под любым предлогом не дать увидеться с сыном. Всё зависит от воли командира. Он как хозяин солдата — делает с ним, что хочет».
Многие родители ищут способы избавить своих сыновей от службы в армии, пишет IWPR. Так с этой целью Убайдат Магомаева из Кизляра устроила своего младшего сына в вуз с военной кафедрой, а старшему сделала фальшивую медицинскую карту, в которой говорилось о том, что он был душевнобольным, нуждавшимся в лечении в психиатрической клинике.
«Когда мне приходилось его навещать в этом ужасном заведении, он мне говорил «не бойся, это нормальные психи. Они такие же, как я — «косят» от армии», — вспоминает Убайдат.
Но и у этой истории трагический конец — в больнице сына Магомаевой полоснул ножом по сонной артерии настоящий душевнобольной, и он умер.
Отдел сотрудничества и СМИ
КЦ
Наша кнопка
версия для печати
